Анна Рыбалкина

Как Зимний дворец

Дворцовая набережная
Дворцовая площадь
Дворцовый вход
Дворцовый выход
Дворцовые окна
Дворцовая крыша
И там же статуи,
Дворцовые мыши

Дворец Зимний
Дворец не зимний
Я все время забываю, какой
Вроде бы Большой,
А может и не Большой
Дворец капец
Дворец молодец.

Вход в Эрмитаж
На первый этаж
Билеты
Карта
План перехода
Манеж
Аркада
Внутри гардероба

Охрана кирпич 
Рамка сканер зрачок
пик пик
проходите
какой-то щелчок
Вот там стрелка влево.
И вот магазин.
Полно сувениров.
Бегу в лабиринт.

Лабиринт
Лабиринт
Колонна
Лабиринт
Лабиринт 
Колонна
Завитушки 
Цветы
Завитушки
Колонна
Паркеты, мозайки, монеты
Колонна

На стойке где вазы, один экспонат
Под куполом спрятан
Там тетеньки в ряд
Царицу всех ваз заслоняют колонны
И сильно бликуют 
В керамике тёмной

Смотритель увидит!
Нет, это не он.
А кресло его затянули ремнём.
Чтоб попой не сел посетитель один.
А сел — штраф сто тысяч, 
Да, так суд запросил.

Пойду-ка я дальше.
Идите вы к грекам,
с таким настроеньем,
хоть к римлянам в пекло.
Там арки, пилястры, фронтоны, лепнина
И окна по вверху дополнят картину.

Гробница Гомера
Но он там не спал
Листочки — уборка, положен журнал,
и ручкой зачеркнуты «утро» и «день»:
Убощик мечтает не мыть,
Ему лень.

Фонарик над дверью.
Идите.
Там урны.
На мраморе буквы сложились в рисунок
Кому эпитафь, на каком языке, 
и кто шифровал, я ни бе и не ме.
Красиво, кудряво и очень печально
зачем винограда так много
тотально?

О мифах, героях
Узнай — куаркод.
На стенах граффити —
кораблик плывёт. 
Кто их процарапал?
Вандал-большевик?
Но вроде бы нет,
Не поставил свой ник
Написано: грек,
Акроктерий, 
Гаргона.
И волны на море эллинском
и чёрном.

Красивые залы..

А если с Олимпа 
Смотреть на них сверху,
То будет не видно.
И Зимний дворец превращается в тыкву,
не в крысу, не в мышку и даже не в спичечный коробок, в котором тысяча спичек с горячими головками,
А тыква взорвётся? 
Давай не взорвется.
А тыкву съедят?
Ой, давай не съедят
А тыкву засушат?
Окей, пусть засушат.
Из тыквенных семечек сделают суши. 

Полно завитков,
Изрисован плафон
Витийно.
Во что наш музей превращён?

Он гемма из разных камней и фактур,
Он шлем из гигантских скульптурных фигур.
Он сам голова, сам Гаргона, сам тролль.
И просто играет доставшую роль. 

Дворец. Это пытка.
Музей — это пытка.
Его не пройдешь,
Вот так — с первой попытки.
Мрамор,
Мрамор,
Мрамор.
Не трогать,
Не трогать,
Не трогать!
Тут плитка.
Тут плитка.
Тут плитка. 
Идите!
Идите!
Эта пытка — не пытка. 

The General Staff
О пожаре звонить 
ПК-о1
ТБ Сервис, Дворцовая площадь дом 34, план эвакуации — щит пятьдесят семь
Ladies and Gentlemen!
Указан проход:
выход — вход,
запасной,
полоски
от лестницы 
красной чертой.

Дойдете до места благополучно,
увидите их.
А Венера безручка?
Ну да.
Красота. 
Что, Геракл с руками?  
Нечестно.
Что вы понимаете сами?

там сатиры, сатиры, сатиры.
всё красиво, красиво, красиво.
там дубины, дубины, дубины, 
всё массивно, массивно, массивно.

и всё в складках, в складках, в складках. 
и всё гладко, гладко, гладко.
всё белым бело,
но не всё цело. 

А как же я?
Где же я?
Где рука моя? 
Где нога моя?
Я не вижу себя,
Я максимально далека от себя,
Я настолько отдалилась от себя, что не чувствую ни один орган свой, ни ресниц, ни мизинцев, ни ногтей, ни зубов, хоть они, говорят, из кости, а значит тоже немного каменные, и останутся на земле, но не в музее.
Я хочу выйти, чтобы найти себя,
чтобы переоткрыть себя,
чтобы перестать быть мёртвой,
чтобы перестать быть холодной, 
чтобы перестать быть черствой,
чтобы перестать быть зеленой,
как Зимний дворец.

Анна Рыбалкина, г. Санкт-Петербург
Драматург, начинающая поэтесса.